Эротические рассказы, порно рассказы читать бесплатно

В том году я поехал на отдых в Турцию на неделю. Жил я в хорошей 5 звезд гостинице. Я часто купался в бассейне гостиницы. Однажды купаясь я заметил, что один турок все время смотрит на меня. Когда я лег на лежак, обратил внимание, что его интерес ко мне не угас. Мне стало интересно, и я стал рассматривать его. Ему около 30-35 лет, красивый, высокий, подкаченная фигура, брюнет, с растительностью на груди и на ногах. Зовут Мехметом. Мы пересматривались так до обеда. После я направился в ресторан на обед. Когда я обедал, он подошел и спросил, на английском можно ли присесть. Я был не против, тем более меня он чем-то заинтриговал. Мы с ним долго разговаривали, он бизнесмен, имеет свои заводы в Турции. Так прошло два дня.

Мы с ним виделись, говорили на разные темы. Он мне нравился как собеседник. Однажды он пригласил меня к себя домой. Шикарный дом, с небольшим садом и бассейном, маленький рай вообщем. Мы выпили немного виски, н протянул сигарету, сказал что расслабляет. Мы курили и разговаривали, легкий наркотик ударил мне в голову. Мехмет предложил скупаться в бассейне, я согласился. Он разделся до гола и прыгнул в воду. Одурманенный, я тоже разделся и прыгнул в воду. Вода была теплая, что еще больше кружило голову.

Из спальни слышались стоны...

Стонала моя супруга.

Ее там сейчас трахали трое мужиков.

Совершенно незнакомых.

Они пришли к нам домой по объявлению, которое мы разметили в Интернете.

"Шлюха жена мечтает отдаться двум или трем мужчинам на глазах у мужа. Недорого" Плюс фото жены в эротическом белье, наш адрес и телефон.

Это было уже не первое подобное объявление.

В последнее время мы давали их регулярно.

Я посмотрел на закрытую дверь и улыбнулся.

Вскоре оттуда вышел голый мужик. Снял с члена презерватив и бросил его в корзину.

Потом он устало опустился в кресло и сказал...

-Классная у тебя жена! Настоящая блядь! Ебётся как чумовая!

-Понравилось? - спросил я его-Не то слово! Дважды кончил в нее...

Из спальни послышались крики. Кричала жена. Точнее, она уже выла от страсти...

Утро. Серое серое. Дождь, холодно... Наши родители уже ушли, и мы с сестрой остались одни в доме. Мне стало скучно, к тому же и есть хотелось, и я поднялся в наверх, где располагалась комната моей сестры-близняшки. Что характерно, она ещё спала. Войдя в комнату, я увидел интересное зрелище - Айа (это я так ласково называл сестру) полностью скрылась под тёплым, пуховым одеялом, и только её пятка, как хомяк из норки, выглядывала из-под него. Я подкрался, и, сказав "Айа, хватит спать!", стянул с сестрёнки одеяло. Она лежала на спине и была совершенно обнажённая - её красивая грудь вздымалась в такт её дыханию, левая ладонь покоилась между ног, закрывая лобок - наверное моя сестрёнка мастурбировала перед сном, да так и заснула. "Айа, проснись, я есть хочу!" опять сказал я, и, сев на кровать рядом с ней, прикоснулся губами к соску сестры. Моя рука легла на её гладкий живот и поскользила вниз. Когда я отодвинул её руку, и положил на лобок свою, Айа наконец приоткрыла глаза. Я тут же оторвался губами от полюбившегося мне соска и чмокнул наконец проснувшуюся сестру в нос. Тем временем мой указательный палец завёл игру с клитором.

- Ах, неужели уже утро? - спросила сонным голосом сестричка.

- Ага! И уже давно. Просыпайся, в конце концов, а то я умру от голода.

- Ты что, меня съесть решил? - спросила она.

Смена выдалась нелегкая и Глеб Егорович, изрядно уставший, гнал троллейбус по безлюдным ночным улицам, стремясь поскорее закончить последний на сегодня рейс. Надо было поставить машину в отстойник, сходить отметиться у диспетчера и можно было идти домой. Еще несколько остановок...

В зеркало хорошо был виден опустевший салон. Пьяненький работяга, уснувший сразу после посадки, клюющая носом плохо одетая пожилая женщина да какая-то маленькая девчонка, глядящая в окно - вот и весь контингент. Достаточно стандартный набор, если учитывать, что уже почти час ночи.

В ветровое стекло вливался свежий ночной воздух, принося запахи зелени и свежеполитого асфальта. Фары выхватывали из темноты окраинных улочек серую ленту дороги. На предпоследней остановке вышла пожилая женщина, а в последний момент выскочил неожиданно пробудившийся работяга. В салоне осталась единственная юная пассажирка. Маршрут заканчивался в узеньком переулке. С одной стороны тянулась длинная стена какого-то завода, а с другой примыкал обширный сквер. Густо растущие высокие деревья смыкали сверху свои могучие ветви и переулок казался укрытым зеленым потолком. Ветки заскребли по корпусу троллейбуса. Стали видны припаркованные у обочины темные машины с безжизненно опущенными токоприемниками.

Пишу письмо. Последнее письмо тебе.

- Я прощаюсь с тобой, мой малыш.

Нет, не так:

- Прости, я безумно люблю тебя, но мы не можем больше быть вместе.

Нет, нет и нет. Сухо и эгоистично.

О, Боже, как это трудно. Как объяснить тебе, что я люблю тебя? Сказать, что я мечтаю просыпаться каждое утро, вдыхая аромат твоего тела. Потягиваться улыбаясь. Проводить рукой по твоим шелковистым волосам. Прикасаться к твоей бархатистой щеке. Ласкать нежный изгиб плеча..

Почему я не могу собрать свои скачущие мысли и не рассказать тебе, как я обожаю твои губы. Я знаю, что когда ты наблюдаешь за мной в постели, ты чуть прикусываешь губу. Боже, как это меня заводит.

Меня возбуждает в тебе все. Твоя странная, необычная походка. Порой летящая, а чаще свободная, нет, кажущаяся свободной и независимой. Ведь именно такой ты хочешь быть для всех. Что творится в твоей душе? Только ты знаешь об этом. Мне позволено лишь догадываться. Я молча ищу. Изучаю твои мысли.

Шумерия. Начало 3000 г. до н. э.

Энклав, правитель города Эридук, поднялся по изумрудным ступеням своего дворца в роскошную опочивальню. Там его ожидала божественная юная Фререри. Владыка Энклав волновался, поскольку это была их первая брачная ночь. Юная Фререри приблизилась к супругу и, нежно обвив его руками, поцеловала в губы.

Город Эридук купался в благоухании полуночных цветов. Огромная луна освещала город матово-желтым светом.

- Мой повелитель! Мой любимый! - шептала юная Фререри. - Я подарю тебе первенца, и, возможно, тогда твоё проклятье уйдёт, как дурной сон, в пресные воды Энки.

Энклав вздрогнул. Он вспомнил, как один из главных звездочётов Шумерии предсказал его матери, что он, Энклав, породит собой вечную страшную тень. С тех пор Энклав боялся своего зловещего двойника. Его мать, Элистеана, приказала занавесить все зеркала во дворце, где рос юный принц. Однако в пророчестве явно говорилось, что ужасом для её сына, да и для всего человечества, будет не зеркальное отражение Энклава, но его тень.

Стояло раннее августовское утро. Я как обычно спешил на работу. Вот уже неделю я проходил практику в Областной поликлинике. Сегодня я должен был подменить заболевшую медсестру - мне предстояла работа в клизменном кабинете. Клизменная в нашей поликлинике находится обособленно от других помещений в - подвале. Я взял на вахте ключи, надел халат и спустился в указанный кабинет. Заходя в него, я попал в небольшой тамбур, где стояли мягкие стулья и журнальный столик, а в конце коридора находились мужская и женская уборные. Там же был вход в комнату для процедур. Я зашел туда. Первое, что мне бросилось в глаза - это железная вешалка - стойка, которая использовалась как штатив для клизм. На ней висела синяя "Кружка- Эсмарха" с закинутым на верх шлангом. Я снял "кружку", налил в нее воды и добавил немного мыльного раствора. В это время в дверь постучали.

-"Да, да, входите!", - громко ответил я.

Дверь открылась, и в кабинет вошла девушка лет девятнадцати - двадцати. Увидев перед собой молодого человека, она немного смутилась. Я спросил:

- Что, Вы хотели?

Есть все-таки нечто утонченно изысканное в этих набитых вагонах, которые остановились теперь на станции метро "Комсомольская" и открыли свои грязные двери. "В чем же именно утонченный изыск?" -- спросите вы. А в том, что молодые люди навроде Тараса, имеющие эрекцию двадцать четыре часа в сутки, вполне могут расслабиться в такой обстановке и прижаться к своей девушке не только своим пламенным сердцем, но и своей не менее пламенной ширинкой. А если девушка любит, если у нее на уме не одна только безделица, она вполне может и потрогать у своего избранника, взять в руку, так сказать.

"Какая прелесть, -- думал Тарас. -- Какое счастье." Это метро, эти люди, эта девушка, которую он любит, и которая сейчас сжимает его ширинку, глядя куда-то в сторону. Впрочем, иногда Тараса передергивало, нехорошо ему делалось, даже плохо. Потому что сегодня... Сегодня на работе... Этот Александр Ингольдович, этот его начальник... Подумать жутко, представить невозможно. Он увидел, он их застукал, за жопу схватил, можно сказать, когда они в туалете... О ужас! Тарасом овладевало смятение. И хотя член его не опускался от прикосновений Наташиных пальцев, он все равно каменел душой своей и смущался.